22.10.2014 – Отчет о заседании студенческого научного кружка по гражданскому праву, части первой

Юрфак БГУ. Кружок гражданского права, часть 1. 22 октября 2014 года. Увеличить.22 октября 2014 года состоялось заседание
студенческого научного кружка по гражданскому праву, части первой.

Мы благодарим наших докладчиков:
Ирину Знак – магистрантку юридического факультета БГУ.

Юрия Козикова – магистранта юридического факультета БГУ.

Святослава Грунтова – студента 4-го курса 6 группы.

А также всех, кто принял участие в заседании нашего кружка.


Юрфак БГУ. Кружок гражданского права, часть 1. 22 октября 2014 года. Увеличить.Ирина Знак выступила с докладом на тему
«К вопросу о квалификации действий сторон при заключении гражданско-правового договора при электронной торговле».

Значимость темы вступления обусловлена стремительным развитием глобальной сети Интернет, который, на сегодняшний день, превратился уже не только в очень эффективную рекламную площадку, но и в мощный механизм осуществления торговли. Развитие электронной торговли посредством интернет-магазинов предполагает исследование вопросов заключения гражданско-правового договора и анализа правоприменительной практики в указанной сфере.


Размещение продавцом на интернет-сайте предложения, содержащего все существенные условия договора розничной купли-продажи, представляет собой публичную оферту.

Согласно п. 14 Правил продажи товаров при осуществлении розничной торговли по образцам, утвержденных постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15 января 2009 № 31 (далее – Правила), при торговле по образцам договор может быть заключен путем передачи покупателем сообщения о намерении приобрести товар посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что сообщение исходит от покупателя, а также в иной форме, не запрещенной законодательством, что соответствует положениям п. 2 ст. 404 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК).

Законодатель, указывая на возможность заключения договора посредством заполнения покупателем специальной анкетной формы на сайте продавца и нажатия виртуальных клавиш с соответствующими названиями «Купить», «В корзину», то есть, путем передачи сообщения о намерении приобрести товар, фактически приравнивает совершенные покупателем действия к «акцепту» в смысле ст. 408 ГК.

Докладчик отметила, что приведенный способ заключения договора не позволяет достаточно достоверно установить, что сообщение исходит непосредственно от покупателя. Заполнение формы с указанием в ней паспортных данных, номера телефона, адреса не позволяет однозначно идентифицировать лицо, от которого исходит заявка. Кроме того, сообщение о намерении приобрести товар не всегда может содержать в себе такие признаки акцепта, как «полнота» и «безоговорочность».

Действия покупателя по рассмотрению публичной оферты продавца, направлению сообщения о намерении заказать определенный товар, установлению контакта с продавцом не могут быть квалифицированы как «акцепт», а представляют собой лишь фактические действия, не имеющие режима юридического факта.

В контексте рассматриваемой проблематики и в соотношении со ст. 403 ГК критической оценке может быть подвергнуто также положение, содержащееся в п. 15 Правил, в соответствии с которым «договор признается заключенным с момента выдачи продавцом покупателю документа, подтверждающего факт приобретения товара (например, кассового или товарного чека)», так как при таком подходе де-факто в одном лице совпадают оферент и акцептант.

Докладчик обратила внимание слушателей на то, что в сфере регулирования электронной торговле существует проблема определения момента акцепта и содержания фактических действий покупателя, которые будут являтьсяакцептом в юридическом смысле. Докладчиком был сделан вывод о том, что акцептом, исходя из норм гражданского законодательства, следует признавать конклюдентные действия покупателя по оплате суммы, указанной на сайте продавца, за определенный товар при личном контакте с продавцом либо посредством использования электронных систем расчета.


Юрфак БГУ. Кружок гражданского права, часть 1. 22 октября 2014 года. Увеличить.Юрий Козиков выступил с докладом на тему
«Проблема отнесения отдельных видов сделок к категории «крупных»».

В своем выступлении Юрий проанализировал определение термина «крупная сделка хозяйственных обществ», закрепленное в законодательстве Республики Беларусь; раскрыл критерии (признаки) сделок, относящихся к крупным сделкам, и соотнес их с признаками «крупной сделки», определяемой в судебной практике. Рассмотрел отдельные виды сделок, которые, по мнению автора, в судебной практике неправомерно не относятся к категории крупных сделок, а также предложил пути совершенствования института «крупной сделки» в законодательстве Республики Беларусь.


Согласно ст. 58 Закона Республики Беларусь от 9 декабря 1992 г. № 2020-XII «О хозяйственных обществах» (далее – Закон) крупной сделкой хозяйственного общества является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, влекущих приобретение, отчуждение или возможность отчуждения хозяйственным обществом прямо либо косвенно денежных средств и (или) иного имущества, стоимость которого составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов этого общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении такой сделки (стоимости активов).

Цель введения института крупной сделки – это защита имущественных интересов хозяйственного общества и его участников от злоупотреблений исполнительного органа.
Докладчик подчеркнул, что согласно Закону для отнесения той либо иной сделки к категории крупных сделок необходимо проанализировать качественный и количественный критерии.

Законодатель в ст. 58 Закона определяет отдельные виды и типы договоров, которые могут являться крупными сделками. Положение Закона прокомментировано в п. 25 Постановление Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 31 октября 2011 г. № 20 «О некоторых вопросах рассмотрения дел с участием коммерческих организаций и их учредителей (участников)», где с учетом сложившейся практики дополнительно указывается, что существуют иные виды и типы договоров, которые могут относиться к крупным. Докладчик пришел к выводу о том, что установленный Законом перечень договоров не является исключительным. Следовательно, чтобы определить, какие сделки, кроме указанных, могут быть квалифицированы в качестве крупных, необходимо выявить наличие соответствующих признаков крупных сделок.

Во-первых, это предмет сделки. В соответствии с легальной дефиницией, закрепленной в ч. 1 ст. 58 Закона, предметом крупной сделки являются денежные средства и (или) иное имущество. Согласно ст. 128 ГК, к «имуществу» относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права. Если исходить из буквального толкования, сделка, влекущая отчуждение, приобретение или возможность отчуждения хозяйственным обществом работ или услуг, охраняемой информации, результатов интеллектуальной деятельности, которые легализованы в качестве иных видов гражданских прав, не будет относиться к категории крупных сделок вне зависимости от ее стоимости и значения для хозяйственного общества.

Во-вторых, это определение экономической цели (назначения) = такой сделки, а именно, какое изменение правоотношений она влечет: приобретение, отчуждение или возможность отчуждения денежных средств и иного имущества.

Основываясь на анализе судебной практики, докладчик установил, какие сделки суды не признают «крупными». К ним относятся сделки, связанные с выполнением работ, оказанием услуг, отчуждением результатов интеллектуальной деятельности. Соответственно, иски об оспаривании таких сделок не подлежат удовлетворению.

По мнению докладчика, подобный подход противоречит нормам действующего законодательства. Договоры, связанные с выполнением работ, оказанием услуг, отчуждения результатов интеллектуальной деятельности, по общему правилу, являются возмездными.
В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК предмет возмездного договора обязательно включает в себя получение платы (денежных средств) либо иного встречного предоставления (имущества).
Положения о предмете договора подряда свидетельствуют о том, что со стороны заказчика происходит отчуждение денежных средств и получение результата работ, а со стороны подрядчика – приобретение денежных средств и выполнение работ.

Таким образом, в случае наличия количественного (стоимостного) критерия крупной сделки указанные возмездные договоры необходимо квалифицировать в качестве крупных сделок хозяйственных обществ. Формулировки, используемые судами в постановлениях об отказе в удовлетворении требований о признании договора недействительным, не учитывают ряд значимых теоретических аспектов.

Например, «денежные средства не являются предметом договора, а лишь выполняют роль платежа, так как договор носит возмездный характер», «какое-либо имущество, денежные средства по договору строительного подряда не отчуждаются и не приобретаются. Результат работ выступает предметом договора, а денежные средства – средством расчета за выполненные работы», – С.Ч. Белявский (судья экономического суда).


Суды не учитывают следующие юридически значимые моменты.

Во-первых, предмет возмездного договора включает в себя помимо выполнения работ, оказания услуг и т.д., отчуждение (получение) оплаты.

Во-вторых, согласно ч. 1 ст. 58 Закона отчуждаться (приобретаться) могут не только вещи, но и денежные средства.

В-третьих, факт того, что денежные средства являются «платежным средством» свидетельствует о том, что они согласно условиям договора отчуждаются и приобретаются.

Докладчик обратил внимание на то, что сложившаяся практика противоречит экономической сущности и целям закрепления института крупной сделки.

Рассматриваемые сделки могут нанести ущерб интересам хозяйственного общества, так как если исполнительный орган общества совершит их на невыгодных условиях, это, безусловно, повлечет за собой имущественные потери для хозяйственного общества, а затем – и для его участников.

Экономический опыт отдельных организаций указывает, что права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации участников гражданского оборота, товаров, работ или услуг могут быть более ценными для конкретного хозяйственного общества, чем его имущество, а соответственно, их отчуждение будет существенно затрагивать имущественные интересы такого хозяйственного общества и его участников.

К примеру, стоимость товарного знака «Coca-Cola» приблизительно равняется 71 млн. долларов США, а компании «Google» – 55млн. долларов США.


Докладчик предложил следующие пути совершенствования защиты прав и интересов хозяйственных обществ и его участников.

Во-первых, на уровне хозяйственного общества, необходимо в уставе прописывать условие о том, что для заключения договора подряда, оказания услуг, договора уступки исключительного права на товарный знак определенной стоимости обязательно принятие решения общим собранием участников хозяйственного общества в порядке, установленном ст. 58 Закона. Указанное право вытекает из ч. 1 ст. 58 Закона.

Во-вторых, уставом хозяйственного общества могут быть определены и иные сделки, на принятие решения о совершении которых распространяется порядок принятия решения о совершении крупной сделки.

Принимая во внимание интересы контрагентов по указанным сделкам, докладчик отметил, что необходимо обращать внимание на возможность отнесения заключаемой сделки к категории крупных, а соответственно контрагенту важно предварительно проверить сделку на наличие иных критериев для отнесения к категории крупной.

Для приведения судебной практики в соответствие с нормами действующего законодательства, докладчик счел необходимым совершенствовать отдельные законодательные положения о крупных сделках хозяйственных обществ.

В частности, докладчиком предложена следующая редакция ст. 58 Закона: «Крупной сделкой хозяйственного общества является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, влекущих приобретение, отчуждение или возможностью отчуждения хозяйственным обществом прямо либо косвенно имущества и иных объектов гражданских прав (далее – имущества)».


Юрфак БГУ. Кружок гражданского права, часть 1. 22 октября 2014 года. Увеличить.Святослав Грунтов выступил с докладом на тему
«Проблема определения понятия «акционер».

Святослав указывает на актуальность проблемы содержания понятия «акционер» в связи отсутствием терминологической определённости в правовой науке, многообразием подходов к определению, а также отсутствием законодательного закрепления данного термина.

Докладчик обратил внимание слушателей на то, что законодательство Республики Беларусь не содержит определения понятия «акционер», но можно выделить два подхода к определению данного понятия, имеющих существенное значение при анализе содержания конкретных правоотношений, участником которых становится акционер. В правовой доктрине различие в трактовке понятия «акционер» напрямую связывается с двойственной правовой природой акции как ценной бумаги.

Согласно первому подходу «акционер» характеризуется как лицо, владеющее акцией. Данный подход исходит из общего смысла ст. 70, 71 Закона Республики Беларусь от 9 декабря 1992 г. «О хозяйственных обществах», ст. 3 Закона Республики Беларусь от 12 марта 1992 г. «О ценных бумагах и фондовых биржах» и акцентирует внимание на принадлежности акции, как ценной бумаги, акционеру. На основании этого строится соответствующее абсолютное правоотношение, управомоченным субъектом которого выступает акционер. Объектом данного правоотношения является акция, являющаяся согласно ст. 128 ГК разновидностью такого объекта гражданских прав как вещь (имущество).

Как обладателю акции, акционеру принадлежат правомочия владения (фактического обладания акцией), пользования (извлечения полезных свойств, в том числе посредством получения дохода в виде дивиденда) и распоряжения акцией (определения ее дальнейшей судьбы, в частности, посредством заключения гражданско-правовых договоров по отчуждению акций).
Характеризуя данный подход, докладчик подчеркнул, что следует обратить внимание на замечание Я.И. Функа, который полагает, что уместно говорить именно о «владении» акцией, нежели о «праве собственности на акцию», в связи с тем, что акции обращаются в бездокументарной форме и являются, в сущности, имущественными правами, а не вещами как предметами материального мира, хотя и относятся к имуществу.

Согласно второму подходу понятие «акционер» рассматривается с точки зрения участия акционера в акционерном обществе. Именно на таком подходе основывается параграф 2 главы 4 ГК «Хозяйственные товарищества и общества», а также Закон «О хозяйственных обществах». Докладчик отметил, что такой подход сужает понятие «акционер» до понятия «участник хозяйственного общества» применительно к акционерным обществам.

Реализация прав акционера в качестве участника акционерного общества происходит в рамках относительных правоотношений, в которых акционер взаимодействует с конкретными субъектами – иными акционерами и самим акционерным обществом.

Объектом таких правоотношений выступает уже не акция как имущество, а те действия, которые акционеры и само акционерное общество совершают в связи с реализацией акционером прав, принадлежащих ему как участнику общества, причем не только имущественных, но и неимущественных (право на информацию, право на управление).

Докладчиком сформулирован вывод о том, что проанализированные подходы наглядно показывают существование двух разных, но при этом тесно взаимосвязанных гражданских отношений: отношений, в рамках которых происходит внутреннее взаимодействие акционеров и акционерного общества в самом хозяйственном обществе (при выделении таких отношений все чаще используется термин «корпоративные»), и отношений, опосредующих оборот акций на рынке ценных бумаг.

При этом докладчик справедливо отметил, что только в случае согласованного правового регулирования данных отношений возможна полноценная и эффективная реализация прав субъекта гражданского права, обладающего статусом акционера.


Приглашаем Всех желающих к участию в научной деятельности в рамках научного кружка по Гражданскому праву, части первой.

По всем вопросам и организации обращайтесь к старосте научного кружка или непосредственно к руководителям научного кружка.



Староста научного кружка Илья Петухов (29-154-28-88)
Фото предоставил И. Петухов
Обработка – О.Н. Знак